Разобрать расстояние между нами: Ólafur Arnalds возвращается в Австралию

Исландский композитор Оулавюр Арнальдс (Ólafur Arnalds) с 25 февраля по 8 марта 2027 года привезёт в Австралию сольное шоу «Falling Apart Together». Впервые с 2018 года тур пройдёт по пяти городам, от Перта до Мельбурна, после гастролей по Европе и Америке.

Оулавюр Арнальдс — исландский композитор, продюсер и мультиинструменталист. Он соединяет струнные, фортепиано и электронику: эмбиент, классику и современный звук. Сиднейская опера называет его трижды номинантом «Грэмми»; в Брисбене к этому добавляют номинацию на «Эмми» и премию BAFTA. Альбомы re:member и some kind of peace звучали в Сиднейской опере и в Королевском Альберт-холле (Royal Albert Hall).

Пять городов одного маршрута

Тур откроется на Пертском фестивале в Ист-Пертской электростанции (East Perth Power Station) 25 и 26 февраля: двери в 19:45. Билеты стоят от 99 до 139 австралийских долларов. Зрителям младше восемнадцати лет нужен взрослый; возможны дымка и стробоскоп. Дальше — Аделаидский фестиваль, Брисбен, два вечера в Сиднее и дебют в мельбурнском Hamer Hall.

В Аделаиде Арнальдс дебютирует на фестивале: 28 февраля в 19:00, театр Тебартон (Thebarton Theatre) в Торренсвилле. Взрослый билет стоит 119 долларов, квота для зрителей младше сорока лет уже выбрана. Вечер пройдёт без антракта; в предупреждении — крепкие выражения, дымка и стробоскоп. С композитором на сцене выступят струнный квартет и ударник.

2 марта шоу примет Концертный зал Квинслендского центра исполнительских искусств (QPAC) в Брисбене: билеты в продаже с 30 октября. 5 и 6 марта Сиднейский оперный театр сыграет в 21:00, около двух часов без антракта. Кресла стоят от 109,90 до 139,90 доллара, сбор 8,95. Стоячие места по 20 долларов до двадцати лет — только в кассе.

7 и 8 марта Арнальдс впервые выйдет в мельбурнский Hamer Hall Центра искусств Мельбурна (Arts Centre Melbourne). Эти вечера закроют австралийский маршрут. Программа уже в пути: 13 ноября — The Wiltern в Лос-Анджелесе, 15 ноября — Foro Polanco в Мехико, 17 января — два показа в Оперном театре Осло. Австралия примет шоу после этих концертов.

Вечер собирается заново

Площадки называют «Falling Apart Together» его самой смелой и самой масштабной живой работой. Сиднейский оперный театр передаёт слова автора дословно: это «попытка разобрать расстояние между нами» — через музыку, рассказ и театр. Замысел нарочно не раскрывают до конца, иначе пропадёт катарсис встречи. Каждый вечер складывается заново: импровизация и участие зала меняют историю на сцене.

Аделаидский фестиваль приводит слова автора: вечер «пытается разобрать расстояние между нами, открывая общую человечность, которая возникает, когда мы позволяем себе открыться». QPAC цитирует другую фразу: «В мире, где расстояние между нами, кажется, растёт день ото дня, я хотел создать нечто, что ведёт нас обратно друг к другу».

Слова о возвращении

«Я не гастролировал по Австралии соло с 2018 года, и мне этого очень не хватало», — сказал Арнальдс. «Falling Apart Together — очень личное шоу, построенное вокруг связи и чувства, что за вечер мы создаём нечто по-настоящему общее». «Я так счастлив наконец привезти его в Австралию: кажется, это правильное место для этого шоу».

Что услышит слушатель

Для тех, кто знает альбомы re:member и some kind of peace, австралийские вечера будут собраны иначе, чем прежняя афиша. В Аделаиде обещают смесь нового материала и прежних любимых вещей. Зал подскажет, какую историю артист развернёт в этот вечер: импровизация и участие зала изменят спектакль. Знакомая музыка прозвучит здесь как общий вечер людей, которые сидят рядом.

Один замысел пройдёт через пять акустик: электростанция в Ист-Перте, Тебартон, Концертный зал QPAC, Концертный зал Сиднейской оперы и Hamer Hall. Где-то вечер начнётся в промышленном объёме, где-то под парусами гавани. Камерные фортепиано и струнные встретят большой зал и живую реакцию соседей по ряду.

Арнальдс повезёт в Австралию вечер, который каждый раз собирается заново. Пять городов примут шоу, где расстояние между сценой и залом можно разобрать вместе. Для неоклассики, привыкшей к тишине записи, это жест навстречу людям в зале. Музыка говорит шёпотом, ищет общий голос и оставляет его звучать после последнего света.